ШУЯ - ЯРВИ

  Пока оглохший грузовик
Шофер в сердцах ругает
"лярвой",
Тоску как хочешь назови,
Я называю -
"Шуя-ярви".
Я вышел к озеру.
(Окинь,
и не забудь.)
Леса над ярами.
Густел рассвет,
И рыбаки
Проснулися на Шуя-ярви.
И ни романтики,
Ни бури
Высоких чувств,
Я увидал:
Валун,
Валун, как мамонт, бурый
И первородная вода.
Да шел рассвет седым опальником.
Он с моря шел на материк.
Шофер курил,
Скрипел напильником,
Дорогу в бога материл,
Я вспомнил Тихонова.
Губы
Сухая высушит тоска.
Когда бы смог я по зарубам
Большое слово отыскать.
Здесь в каждом камне онемели
Природы схватки и бои,
Твои тревоги, Вайнемейнен,
И руны древние твои.
А грузовик стоял,
И пыльный
И охромелый, как Тимур,
Пока ребята с лесопильни
Пришли на выручку к нему.
Мы пили чай, пропахший хвоей,
И целых три часа подряд
Я бредил наяву Москвою
И станцией "Охотный ряд".
Была ли в этой хвое сила,
Озерным ветром принесло,
Иль просто в воздухе носилось
И ждало настоящих слов,
Но только вдруг я понял сразу,
Какое счастье мне дано -
Простор
От Кеми до Кавказа
Считать родною стороной.
У Черноморья по лиманам
Следить, как звезды проплывут.
И эту ясность пониманья
Обычно гордостью зовут.

Но чай допит, уже над ярами
В труде обычном проходил
Обычный день
Он шел на Ярви,
Как поседелый бригадир.

Март 1939

Вернуться к оглавлению

 

Используются технологии uCoz